ФотографияБез названия

Тема обезличивания в истории искусства последних десятилетий подозрительным ли, симптоматичным ли образом набирает все больше оборотов. Достаточно вспомнить безликие образы начала XX века, наполняющие метафизические композиции Де Кирико или безликих супро-натуралистичных героев малевиченских работ второго крестьянского цикла. Дальше — больше, а закончить этот список можно известной серией Урса Фишера "Problem painting", где художник смешивает старые портреты давно ушедших из жизни людей с наложенными силуэтами овощей, фруктов, бытовых предметов — почти Арчимбольдо, но в новом, "проблематичном" прочтении. В данном случае художницы Катерина Садовски и Лиля Ли-Ми-Ян, работающие в коллаборации, прибегли к смешанной технике фотоколлажа. Однако в отличие от вышеупомянутых патриархов, художницы не лишают свое искусство от удовольствия "материального" переживания проблемы обезличенности. Иными словами, фотопортреты — идеальные по своей постановке, выверенности и как будто бы предназначенные для печати на обложке альтернативных модных изданий вроде ID или UNCONDITIONAL Magazine, — эти фотопортреты "закрываются" наложенной кляксой из пластилина флуоресцентных оттенков в одном случае, или "размываются" экспрессивными мазками масла поверху. Что получается? Проблема! Эдакий экспрессивный, говорящий портрет-коллаж, неприкрыто, хотя и не очень отчетливо выражающий внутренний конфликт не то изображенного в частности, не то жанра портрета как такового. Как бы избито здесь не прозвучал Оскар Уайльд, сказанное им о портрете: "Всякий портрет — это, в сущности, портрет самого художника", — вторит той напряженности, конфликту, неуравновешенности, которые увидели художницы, но которых изначально в этих лощеных, приятных глазу фотоснимках, не было в помине. Разумеется, для самих художниц такого рода внедрение пластичного, едва оформленного материала (здесь впору вспомнить о материальности воска у Бойса или Аниша Капура) в четкую композицию (ибо что может быть конкретнее фотографии?) — формальный эксперимент из области "что будет, если мы разрушим структуру?", "насколько неудобно почувствует себя наблюдатель?". Своего рода эксперимент над телесностью — телесность антропоморфная смешивается с материальностью неорганической, но художественной — на то и искусственной, и получается некий красивый, по-своему эстетический симбиоз "новой" телесности и новой "личности", не лишенный при этом абсурда.